Когда я, еще недели не пробыв в зоне, спросила Татьяну Михайловну:
-- А что все-таки самое паршивое в лагере?
Она, уже и ШИЗО прошедшая, и лагерную "больничку", ответила мне, ни секунды не поколебавшись:
-- Постоянное вранье.
(Ирина Борисовна Ратушинская. "Серый -- цвет надежды")
Вот, в общем-то, и всё, что можно сказать.
-- А что все-таки самое паршивое в лагере?
Она, уже и ШИЗО прошедшая, и лагерную "больничку", ответила мне, ни секунды не поколебавшись:
-- Постоянное вранье.
(Ирина Борисовна Ратушинская. "Серый -- цвет надежды")
Вот, в общем-то, и всё, что можно сказать.