lin_lobariov: (фото)
Кстати.
У меня есть еще энное количество "Птицеловов" 1997 года.



Тексты выложены тут.

Цена - полтиник. Кто желает - стучитесь в комменты.
lin_lobariov: (Default)
Кстати.
У меня есть еще энное количество "Птицеловов" 1997 года.



Тексты выложены тут.

Цена - полтиник. Кто желает - стучитесь в комменты.
lin_lobariov: (фото)
Привез из Киева раритет — "рамочку" в мягкой обложке. В остальном все абсолютно аутентично. 79–й год, даже в библиографиях есть, просто не приходило в голову подробнее вчитаться в описание. 8)

Tags:
lin_lobariov: (Default)
Писал для МФ маленькую заметочку о японской фантастике в СССР и РФ - и обратил внимание, что почти везде (кроме Кобо Абэ, но он вообще проходит скорее по ведомству боллитры) указан один и тот же переводчик, Зея Рахим. Возьмите хоть "Продается Япония", хоть "Времена Хокусая", хоть "Победителей завтрашнего дня", хоть скомпилированную из них же "Черную ветку сакуры".

И стало мне интересно, и запустил я поиск.

====
Зея Рахим, родившийся в 1922 году (дата смерти неизвестна, или он вообще еще жив? - Л.) - сокамерник Д. Андреева, предположительно арестованный на Дальнем Востоке и знавший японский язык. Д. Андреев привязался к нему и относился долгое время с трогательной нежностью (см. «Переписку»). В сведениях, сообщавшихся З. Рахимом о себе, было, видимо, немало мифотворчества. Так, он уверял, что он арабский принц и его настоящее имя Гарун аль Каири. По свидетельству А. Андреевой, он был красивым и обаятельным человеком, умевшим располагать к себе людей. После освобождения он сумел подружиться с родителями А. Андреевой (у них он занял довольно большую сумму, которой не вернул), с В. Круминьш, с А.Д. Смирновой, с Т.И. Морозовой и др. Позднее обнаружилось, что все рассказы З. Рахима ложь и сочинительство, и это вызвало разрыв с ним Д. Андреева. (источник - "Андреевская энциклопедия")

"Нам очень повезло – мы пивали чай в гостеприимном доме К<орнея> И<вановича> с разными знаменитыми людьми, разок с Константином Фединым, разок с Ильей Сельвинским, пару раз с Владимиром Луговским и даже как-то раз с одноглазым другом Маяковского, Давидом Бурлюком, приехавшим с визитом из заморских краев. И с переводчиком с японского языка, таинственным татарином Рахимом Зея, много лет просидевшим с Даниилом Андреевым в одной камере Владимирской тюрьмы и выдававшим себя за египетского принца по имени Харун ибн Кахар шейх Уль Мюлюк эмир Эль-Каири. А может, он и вправду был принцем по имени Харун ибн Кахар шейх Уль Мюлюк эмир Эль-Каири, а татарин Рахим Зея, как он утверждал, был ему насильно вписан в паспорт советской властью? Правды не знал никто,– ни мы, ни его собратья по японскому языку, ни сам Корней Иванович. (Источник - Нинель Воронель, "Корней Чуковский и Лиля Брик").
Ещё - под катом )
lin_lobariov: (Default)
Из тех, кто мог воспринять вот этот пост на свой счет, два человека сказали спасибо за пинок, третий обматерил и отфрендил. 8)
Думаю, это что-то значит. 8)
lin_lobariov: (Default)
Из тех, кто мог воспринять вот этот пост на свой счет, два человека сказали спасибо за пинок, третий обматерил и отфрендил. 8)
Думаю, это что-то значит. 8)
lin_lobariov: (фото)


Ну вот, она у меня есть.
Правда не то издание, где были "барабаны", а более позднее, с несколько измененным составом. Ну все равно.

Вообще, я фигею, насколько Ронга отличается от остальной встречавшейся мне негритянской поэзии.

Я не говорю даже о тех авторах, что тиражировались в советской прессе, они вообще на изрядный процент не существовали и генерировались по три рубля за строчку московскими околоиздательскими тусовщиками. И, видимо, по той же причине, все многословны, как будто меньше чем за пару страниц и ручку брать не стоит.

Я не говорю о прекрасном и веселом Хьюзе, он совсем другой. Он либо пародийно-бытописателен, как в цикле про Амалию К. Джонсон, либо предельно абстрактен, неважно лирическая это абстракция или философская. Исключения встречаются, но это именно исключения. Но с Хьюзом понятно, он больше американец, чем африканец, у него и мышление и стилистика человека евроатлантической цивилизации.

Парадокс в том, что тексты Ронга тоже предельно понятны моему европейскому мозгу. При том, что говорит он о чем-то вполне своем - получаются вещи совершенно общечеловеческие. Ронга почти всегда предельно конкретен и предельно немногословен. Одна деталь, мысль, черта быта - но сформулированная, сжатая так, что выглядит совершеннейшим обобщением, без пяти минут афоризмом.

У кого-то из алжирских поэтов есть стихотворение "Нерешительному собрату", где в добрых пятидесяти строках рассказывается, что Африка не принимает тех поэтов, которые не слышат сердцем ее революционную песню. А Ронга не в хоре. Он откровенно личностен, индивидуален. Понятно, что большая часть его творчества (встреченная мной, во всяком случае) - это любовная лирика. Но даже его "социальные" вещи ("оптимизм", "собственность", "искусство", "сравнение", "невозможное", или вот "шпалы", за которые я пока не рискую взяться) - хлесткие куда в большей степени, чем значительная часть текстов "революционных" африканских поэтов - сказаны только от себя и только о себе. Несмотря даже на временами проскальзывающее "мы".
lin_lobariov: (Default)


Ну вот, она у меня есть.
Правда не то издание, где были "барабаны", а более позднее, с несколько измененным составом. Ну все равно.

Вообще, я фигею, насколько Ронга отличается от остальной встречавшейся мне негритянской поэзии.

Я не говорю даже о тех авторах, что тиражировались в советской прессе, они вообще на изрядный процент не существовали и генерировались по три рубля за строчку московскими околоиздательскими тусовщиками. И, видимо, по той же причине, все многословны, как будто меньше чем за пару страниц и ручку брать не стоит.

Я не говорю о прекрасном и веселом Хьюзе, он совсем другой. Он либо пародийно-бытописателен, как в цикле про Амалию К. Джонсон, либо предельно абстрактен, неважно лирическая это абстракция или философская. Исключения встречаются, но это именно исключения. Но с Хьюзом понятно, он больше американец, чем африканец, у него и мышление и стилистика человека евроатлантической цивилизации.

Парадокс в том, что тексты Ронга тоже предельно понятны моему европейскому мозгу. При том, что говорит он о чем-то вполне своем - получаются вещи совершенно общечеловеческие. Ронга почти всегда предельно конкретен и предельно немногословен. Одна деталь, мысль, черта быта - но сформулированная, сжатая так, что выглядит совершеннейшим обобщением, без пяти минут афоризмом.

У кого-то из алжирских поэтов есть стихотворение "Нерешительному собрату", где в добрых пятидесяти строках рассказывается, что Африка не принимает тех поэтов, которые не слышат сердцем ее революционную песню. А Ронга не в хоре. Он откровенно личностен, индивидуален. Понятно, что большая часть его творчества (встреченная мной, во всяком случае) - это любовная лирика. Но даже его "социальные" вещи ("оптимизм", "собственность", "искусство", "сравнение", "невозможное", или вот "шпалы", за которые я пока не рискую взяться) - хлесткие куда в большей степени, чем значительная часть текстов "революционных" африканских поэтов - сказаны только от себя и только о себе. Несмотря даже на временами проскальзывающее "мы".
lin_lobariov: (Default)
Да, я же вчера заходил в "ПирОГИ на Никольской" - забрать альманахи, ну и попрощаться.

Полупустые уже полки, коробки, везде стопки книг. Молодые парни и девушки сортируют и упаковывают книги - лица веселые, постоянно шутят, смех вот только немного нервный. Между полками бродят последние покупатели, потерянные какие-то, берут книги с полок, держат некоторое время в руках, не рассматривая, и осторожно кладут на место...

И над всем этим, откуда-то из подсобки, на полную мощность магнитофонных динамиков разносится неповторимо картавое:

- Ни страны, ни погоста
Не хочу выбирать,
На Васильевский остров
Я приду умирать!.."
lin_lobariov: (Default)
Интервью с новосибирским книготорговцем Михаилом Трифоновым.
http://www.expert.ru/printissues/siberia/2009/01/interview_trifonov/

Почитал с большим интересом.
lin_lobariov: (Default)
Да, я же вчера заходил в "ПирОГИ на Никольской" - забрать альманахи, ну и попрощаться.

Полупустые уже полки, коробки, везде стопки книг. Молодые парни и девушки сортируют и упаковывают книги - лица веселые, постоянно шутят, смех вот только немного нервный. Между полками бродят последние покупатели, потерянные какие-то, берут книги с полок, держат некоторое время в руках, не рассматривая, и осторожно кладут на место...

И над всем этим, откуда-то из подсобки, на полную мощность магнитофонных динамиков разносится неповторимо картавое:

- Ни страны, ни погоста
Не хочу выбирать,
На Васильевский остров
Я приду умирать!.."
lin_lobariov: (Default)
Интервью с новосибирским книготорговцем Михаилом Трифоновым.
http://www.expert.ru/printissues/siberia/2009/01/interview_trifonov/

Почитал с большим интересом.
lin_lobariov: (Default)
Эрик Брегис ([livejournal.com profile] breg) собирается в Москву, может привезти с собой книг "Снежного кома". В Москве их и так фиг найдешь, а Эрик еще и хорошие цены предлагает.

Книги здесь.
Заказывать здесь.

На этот раз мопед не мой, я просто разместил объяву. 8)
Tags:
lin_lobariov: (Default)
Эрик Брегис ([livejournal.com profile] breg) собирается в Москву, может привезти с собой книг "Снежного кома". В Москве их и так фиг найдешь, а Эрик еще и хорошие цены предлагает.

Книги здесь.
Заказывать здесь.

На этот раз мопед не мой, я просто разместил объяву. 8)
Tags:
lin_lobariov: (Default)

*зарезервировано*
1992 год. Первое издание
"Витражей патриархов"
и "Живущего в последний
раз". 200 руб.

*зарезервировано*
Последняя книга Свиридова,
вышла уже после Лешиной смерти.
Есть непубликовавшиеся раньше
тексты. 80 руб.

*отдано*
1993 год. Первая официально
изданная у нас пародия
на Толкиена.
100 руб.


* отдано*
2006 год. Первое издание полного
варианта романа. Шорт-листер
"Большой книги". 130 руб.


* отдано*
Веллер и есть Велер.
В представлениях не нуждается.
"Белый ослик", "Трибунал",
"Голубые города"... 100 руб.


*зарезервировано*
Это не беллетризация фильма,
а исходный роман. 8)
100 руб.





Заказывать в комментах. Забирать в эти или следующие вторник-среду на Пушкинской.
Откладывать на более долгий срок не буду. Знаю я вас, если сразу не заберете, то вообще не заберете.
Tags:
lin_lobariov: (Default)

*зарезервировано*
1992 год. Первое издание
"Витражей патриархов"
и "Живущего в последний
раз". 200 руб.

*зарезервировано*
Последняя книга Свиридова,
вышла уже после Лешиной смерти.
Есть непубликовавшиеся раньше
тексты. 80 руб.

*отдано*
1993 год. Первая официально
изданная у нас пародия
на Толкиена.
100 руб.


* отдано*
2006 год. Первое издание полного
варианта романа. Шорт-листер
"Большой книги". 130 руб.


* отдано*
Веллер и есть Велер.
В представлениях не нуждается.
"Белый ослик", "Трибунал",
"Голубые города"... 100 руб.


*зарезервировано*
Это не беллетризация фильма,
а исходный роман. 8)
100 руб.





Заказывать в комментах. Забирать в эти или следующие вторник-среду на Пушкинской.
Откладывать на более долгий срок не буду. Знаю я вас, если сразу не заберете, то вообще не заберете.
Tags:
lin_lobariov: (Default)
У [livejournal.com profile] vad_nes обсуждается открытие: оказывается, "золотые" рассказы Носова были написаны в самые страшные военные годы - 1942-1944.
Цитирую [livejournal.com profile] vad_nes: "Благие намерения - благими намерениями, - но как? Он-то давно не ребенком был, и все видел. Как он смог написать - такое?"

Добрых 20 лет назад у Веллера в "Кухне и кулуарах" в главе "Гайдар" было написано:

"Писатели любили хвалить его "Голубую чашку": "Ах, какой замечательный, лучший рассказ" — "А жизнь, товарищи, была совсем хорошая" — последняя фраза; тридцать восьмой год на дворе; привет всем, дивный рассказ."

Как-то так.
Tags:
lin_lobariov: (Default)
У [livejournal.com profile] vad_nes обсуждается открытие: оказывается, "золотые" рассказы Носова были написаны в самые страшные военные годы - 1942-1944.
Цитирую [livejournal.com profile] vad_nes: "Благие намерения - благими намерениями, - но как? Он-то давно не ребенком был, и все видел. Как он смог написать - такое?"

Добрых 20 лет назад у Веллера в "Кухне и кулуарах" в главе "Гайдар" было написано:

"Писатели любили хвалить его "Голубую чашку": "Ах, какой замечательный, лучший рассказ" — "А жизнь, товарищи, была совсем хорошая" — последняя фраза; тридцать восьмой год на дворе; привет всем, дивный рассказ."

Как-то так.
Tags:
lin_lobariov: (Default)
"Вот автору показалось, что иллюстратор нарисовал совсем не то, что представлялось ему, автору: "Помилуйте, да разве такое лицо у моего Ивана Ивановича? У вас просто блин какой-то получился. А мой Иван Иванович - интеллектуал высокой пробы". "Нет уж, пожалуйста, будьте так добры, переделайте", - капризничает автор, ни на мгновение не сомневаясь в том, что сам-то он изобразил не блин, а в высшей степени одухотворенный, запоминающийся портрет."

Борис Галанов "Зачем коту сапоги?" (Вступление к книге "Платье для Алисы. Художник и писатель. Диалог")
lin_lobariov: (Default)
"Вот автору показалось, что иллюстратор нарисовал совсем не то, что представлялось ему, автору: "Помилуйте, да разве такое лицо у моего Ивана Ивановича? У вас просто блин какой-то получился. А мой Иван Иванович - интеллектуал высокой пробы". "Нет уж, пожалуйста, будьте так добры, переделайте", - капризничает автор, ни на мгновение не сомневаясь в том, что сам-то он изобразил не блин, а в высшей степени одухотворенный, запоминающийся портрет."

Борис Галанов "Зачем коту сапоги?" (Вступление к книге "Платье для Алисы. Художник и писатель. Диалог")

April 2017

M T W T F S S
      1 2
3 456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom
Page generated 26 September 2017 21:54

Expand Cut Tags

No cut tags